Вверх страницы

Вниз страницы

[OUAT. Post scriptum]

Объявление

.

[OUAT. Post Scriptum]
Фандом: Once upon a time (Однажды в сказке).
Рейтинг игры: R.
Система игры: эпизодическая.

Время в игре:
Сторибрук: с 8-ого по 13-ое ноября 2011.
Зачарованный лес: с 7-ого по 12-ое декабря 1615.

В игру требуются:
Доктор Вэйл, Август Бут, Пейдж, Бременские музыканты, а также персонажи, заявленные в теме.

Администрация:
Mr. Gold (гейм мастер, приём, сюжет), David Nolan (сюжет, антураж), Regina Mills (PR, тех. поддержка).

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » [OUAT. Post scriptum] » [Зов прошлого] » [Let you dream - Зачарованный лес]


[Let you dream - Зачарованный лес]

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Время действия: 16 апреля 1581 года, ночь.
Место действия: Регарум, замок короля Леопольда в Лейверне, спальня королевы Регины.
Участники: Someone, Regina Mills.

Бойтесь своих желаний - они могут сбыться.

0

2

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]Эта неделя обещала быть хорошей – Леопольд уехал на охоту, оставив королеву и дочь в замке. Это значило, что ещё семь ночей избавленная от попыток зачать наследника Регина будет спать одна – она улыбалась этому, когда шла в королевскую опочивальню за держащим свечу слугой.
Из раскрытого окна веяло холодом. Юная королева сидела перед зеркалом, вновь и вновь переплетая длинную косу, и мысленно желала своему супругу удачной охоты – настолько удачной, что с неё его принесут.
Леопольд был добр к ней – но разве это искупит его присутствие в спальне ночью? Когда-то Регина честно старалась быть хорошей женой, хорошей мачехой для Белоснежки, мечтала заслужить любовь этих людей. Но это было давно –  теперь она их ненавидела.
Дэниел не одобрил бы этого, но Дэниел спал в гробу, а не в её постели – и невозможно было это изменить. Ни магия, ни наука не были на это способны – ей доказали это уже год как, а казалось, что только вчера. Она знала, что мёртвые не поднимутся из своих гробов, как бы сильно она этого не желала, но это не могло помешать ей мечтать.
Зеркало бесстрастно отражало заплаканное лицо в нимбе тёмных волос, но Регина не обращала внимания на подобные мелочи – она представляла, как Леопольда поднимает на рога дикий зверь, как Белоснежка падает под копыта коня, как Дэниел приходит к ней – не во сне, наяву.
Но Дэниел не приходил – как и всегда.
Королева закрыла дверь на засов и сняла с пальца дорогое кольцо, заменив его другим – тоже обручальным.
Во снах она всё ещё была его невестой.

+1

3

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA] Замок короля Леопольда погрузился во тьму. Погрузился во тьму сам король. Погрузилась во тьму его дочь. А молодая королева была ее источником, хоть и спала сейчас безмятежным сном, полным сладких иллюзий прошлого.
На что способна вера? В другом мире, где о магии память хранилась только в сказках и легендах, ее наделяли чудодейственной силой, способной перемещать горы, разделять моря, а пресное превращать в желанное. В этом мире, она была собственным выбором для каждого - и давала только надежду. А на что способна надежда? Она позволяет держать голову высоко поднятой, смотреть прямо, говорить ровно и жить даже тогда, когда уже не осталось ничего из того, из-за чего можно было бы отказать мрачному гостю в темной накидке, всегда готовому увести прочь.
У Регины еще оставалась надежда, едва теплившаяся в камне другого обручального кольца. Иначе бы она не надевала его каждую ночь, прежде чем упасть в объятия другого жениха. Иначе бы не мечтала о его возвращении.
Иначе бы он не пришел сегодня.

Мягкий ковер из шерсти пухлых редингийских овец глушил шаги и без того осторожные - он не хотел бы разбудить ее раньше времени. Во сне Регина была прекрасна: безмятежное лицо, ласково обхваченное седыми лунными ладонями, в обрамлении смоляных волос казалось еще чище и белее, чем у ее ненавистной падчерицы, - подойдя к самой кровати, ночной гость неспешно опустился на колени, изучая знакомые черты так, словно не видел их много лет.
- Регина, - тихий шепот, подкрепленный нежным прикосновением - отогнав ночного светильщика, он сам убрал с щеки королевы выбившуюся из косы прядь, и вновь повторил это движение, наслаждаясь бархатом холеной кожи под его рукой, - Регина.
Он негромко повторял ее имя - снова и снова, до тех пор, пока темные ресницы не дрогнули, сбрасывая тонкую паутину сновидения.

Отредактировано Someone (2013-05-22 17:27:47)

+1

4

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]Регине снился Дэниел - уже которую ночь, - а это значило, что утром она вновь проснётся в слезах.
Леопольд обычно вставал позже, и молодая королева успевала привести себя в порядок, чтобы встретить его утро улыбкой счастливой жены. Сегодня монарха не было, но не только это нарушило привычное течение жизни в королевской спальне.

Голос...
Этот голос Регина не забыла бы никогда.
Паутина сна, натянувшись до предела, прорвалась ровно по центру.
Алое сердце, размеренно отсчитывавшее пульс в груди королевы, замерло... и забилось быстрее.
Регина открыла глаза.

На коленях перед ней стоял Дэниел, и лунный свет ореолом лежал на его тёмных волосах. Королева не шевелилась, страшась спугнуть полночное видение, и ничто, кроме громко стучащего сердца и шороха сдержанных вдохов, не нарушало тишину в комнате. Это мгновение было прекрасно, этот сон был лучше остальных - Регина чувствовала тепло его руки на своей щеке, слышала его дыхание, видела объятую ночной тьмой улыбку, и не могла поверить, что он всё же пришёл к ней.
- Я всегда знала, что ты придёшь, - наконец, выдохнула она, котёнком приластившись к мужской ладони.
Луна отметила серебром сбежавшие слезы и скрылась за облаками, погрузив комнату во мрак, но никому здесь не требовалось света - улыбка Регины сияла ярче солнца.
- Я так ждала тебя, - призналась королева, не желая отпускать мгновение.
Дрожащие тонкие пальцы легли поверх широкой ладони, и ободок обручального кольца золотой вспышкой прорезал темноту.

Его рука была такой тёплой, такой... настоящей.
Сердце взволнованно вздрогнуло - Регина на мгновение прикрыла глаза, наконец, понимая, что...
Это не было сном.

Королева потерявшейся девчонкой уткнулась носом в ворот сюртука, ещё хранившего, казалось, запах тлена, и страшно, неумело расплакалась, бесконечно повторяя три самых искренних слова любви.

+1

5

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA] Теплые слезы одна за другой падали на парадный сюртук, через ткань согревая грудь, горящую от дыхания плачущей от счастья королевы.
Убрав руку с щеки Регины, он обнял ее, ласково прижал к себе, успокаивающе гладя спутавшиеся темные волосы, сладко пахнущие воском и лавандовым маслом.
- Прости, что так долго.
Мягко отстранившись, он взял ее за плечи, с любовью и скрытой ревностью следя взглядом за полуночными тенями, огладившими тонкие черты, притаившимися под нижней губой, едва заметно дрожащей от сладкой сердечной боли.
- Прости, что заставил тебя ждать, - и снова прижал к себе, так крепко, словно хотел слиться с королевой в одно целое; так, словно одни этим объятием пытался возместить все одинокие ночи, что ей пришлось дрожать в холодной супружеской кровати Леопольда.
- Никогда больше не отпущу тебя. Никогда.
Признания звучали легко, но не взлетали – тихим шепотом падали на ковер, по воровски проникая в разум и еще глубже.
Широкие ладони конюха опустились на ее талию. Чуть склонив голову, он нашел губами губы королевы и поцеловал – сперва мягко, извиняясь, покрывая нежную кожу чередой невесомых прикосновений, теплее весеннего дождя, вместе с туманом ласкающего лицо во время ранней конной прогулки, бывшей их тайной, их убежищем, их раем на двоих. А после – как целовал ее после долгих дней разлуки, когда Кора запирала свою дочь за книгами, не пуская на волю и, сама того не зная, к нему.
Луна целомудренно прикрылась облаком, пряча их в уединенной темноте, и только звезды кокетливо заглядывали в окно, неслышно пересмеиваясь шумящим за сомкнутыми ставнями ветром.
- Никогда.

+1

6

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]Никогда в своей жизни Регина не была настолько счастлива.
Семь лет назад она принимала свою любовь как должное - подарок, который заслужила, - и только когда его отобрали, она поняла, что это было не просто подарком, это было всем. Вокруг Дэниела вращалась её жизнь, он был её основой, он был тем, что давало ей право улыбаться каждый день.
За эти семь лет Регина не подарила миру ни одной искренней улыбки.
Но сейчас она сияла - счастье невозможно было удержать, оно рвалось наружу слезами и смехом, горячим шёпотом и жаркими прикосновениями ледяных пальцев к мягкой ткани парадного сюртука - того самого, в котором Дэниел пролежал все семь лет в своём хрустальном гробу.
Но теперь его крышка была разбита.
- Я больше не дам тебе умереть, - шептала не помнящая себя от счастья Регина, вновь и вновь покрывая лихорадочными поцелуями лицо возлюбленного. - Я сберегу тебя ото всех, обещаю.
Коры больше не было, и её дочь надеялась, что Страна Чудес похожа на самый жуткий уголок Проклятого леса - Тёмный обещал ей это.
Румпельштильцхен...
Голова кружилась, дрожало сердце, разум был одурманен сбывшейся мечтой, но...
- Кто вернул тебя мне?
Но за всякое волшебство нужно платить - Регина хорошо усвоила этот урок.

+1

7

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA] - Не знаю – на мгновение его лицо потемнело, но черты тут же разгладились, и улыбка вновь сверкнула в блеклом свете, - Но какая разница? Наша любовь смогла победить саму смерть. Бежим со мной, Регина! Мы спрячемся, и даже твоя мать не сможет нас найти.
Объятия стали жарче, он зарылся лицом в густые черные волосы, нашептывая сладкие слова.
- Ничто и никто нас никогда больше не сможет разлучить. Бежим, дорогая, - он с ненавистью посмотрел ей за спину, на смятую во сне кровать, - я не могу видеть тебя здесь.
Неожиданно его щека дернулась, по лицу пробежала тень – и виной тому были не редкие облака, в это самое мгновение оставившие луну, бесстыдно обнаженную, сиять своей небесной наготой. Отстранившись, он крепко сжал ладони Регины в своих, пристально глядя в бездонно-темные глаза.
- Ты ведь вышла за него замуж, да? – в голосе скользнула затаенная боль, она же, не стоило сомневаться, была и в сокрытом тенью взгляде, - Скажи, сколько времени… сколько времени меня не было?
Он произнес это почти с мольбой, мечтая услышать срок в неделю, быть может месяц, но втайне уже зная, что истина будет гораздо более ужасающей.

+1

8

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]- Моя мать больше не сможет нас достать, - горячо пообещала Регина, до боли в костяшках стискивая пальцы поверх жёсткой ткани парадного сюртука. - Она больше не навредит тебе.
В её словах не было горечи, и ничего не отражалось в обесцвеченном голосе, кроме безутешной радости.
И Регина позволила этому захватить себя полностью - оставила в стороне сомнения и вопросы, сожаления о прошлом и страх перед будущим, - сейчас для неё существовали только Дэниел и его обещания.
- Я никогда не оставлю тебя, - клялась Регина, и укрытые небом звёзды были ей свидетелями.

Ветер влетел в распахнутое окно, холодом отметив румянец на щеках королевы.
- Да, - тихо выдохнула Регина, пряча взгляд и краску стыда на лице, - Я замужем уже семь лет.
Семь лет - это чудовищно долгий срок, за который человек может измениться полностью, потерять образ из прошлого. Дэниелу повезло - в Регине ещё осталась та девушка, что готова была пожертвовать своей жизнью ради него.
Но теперь она бы без сожалений отдала бы за него - своё счастье - кого угодно.
- Это не так много, - солгала она, не поднимая глаз, и коснулась губами их сплетённых пальцев, - Я бы согласилась прожить так и вдвое дольше, лишь бы знать, что ты придёшь.
Она была виновата, и у неё не было оправданий для себя - она могла лишь покрывать покаянными поцелуями его ладони, боясь взглянуть ему в глаза.
- Прости меня, - просила она горячо и искренне, и бегущие слёзы жгли залитые румянцем щёки, - Я никогда не любила его - только тебя.
Леопольд тоже никогда не любил её - даже сминая простыни её телом, он шептал ей, что она похожа на Еву.
Возможно, Регине было бы легче, будь он похож на Дэниела.
- Я больше никогда не позволю ему ко мне прикоснуться, клянусь.

+1

9

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA] Обещания. Слова - что они, кроме как звуки, без вреда растворяющиеся в густом ночном воздухе, насыщенном темным небом и распускающимся навстречу весне садом. Где ветвистая яблоня, украшенная кроваво-алыми плодами, гордость королевы, ее душа, ее сердце? Ее любовь.
Семь лет укрепили узловатый ствол, семь лет ветви сгибались под тяжестью рубиновых яблок, семь лет королева ждала мертвеца.
А теперь готова была пожертвовать всем ради него.
Истинная любовь.
Она корнями впивается в грудную клетку и тянет из нее все соки, делая яблоки слаще, цвет - ярче, почву - слабее.

- Я верю тебе, любовь моя, - без сомнения пообещал он, сжимая в грубых ладонях холеные королевские пальцы, не предназначенные для его прикосновений еще тогда, когда они впервые осознали всю глубину своих чувств. Он всегда верил каждому её слову, всегда была готов поддержать, направить, прогнуться. Умереть. Ради нее.
Семь лет назад он был единственным ее рыцарем. Сегодня их были сотни.
И им платили.
- Ваше Величество!
Грубый голос порвал зачарованную тишину королевских покоев, как если бы прошелся своим наждачным звучанием по тонкому шелку простыней. Только преграда из двери смягчала его звучание - увы, было ясно, что ненадолго.
Он затравленно оглянулся на высокие створки, выточенные из благородного дуба предгорий Санмеберта - в горах таились драконы и варвары, в коридоре - стража, которой достаточно было увидеть его, чтобы все пошло крахом.
Ковер жадно заглотил все звуки, когда он вскочил на ноги, оглядываясь в поисках убежища. Тем временем закатанный в латы кулак последний раз ударил в дверь и с силой дернул за ручку.
Последний взгляд, полный мольбы и ужаса, был адресован Регине. 
- Все в порядке? Мы слышали голоса, - створка тряхнулась, но не поддалась - и во второй раз тоже, - Ваше Величество, ответьте!
Верность. До тех пор, пока жив король, а его жена прекрасна в своей затаенной ненависти, уединенной печали, которую большинство видело не иначе как скромность и глубину чистой, невинной души.

+1

10

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]В дверь постучали - зазвенела латная перчатка о морёный дуб, задрожало девичье сердце, заблестели свежими слезами глаза - Регина вскинула голову, в панике оглядывая комнату.
Первым порывом было скрыться, сбежать, но потом сердце успокоилось в холоде решимости. Королева уже видела этот затравленный взгляд серых глаз, когда Кора вошла в конюшню, и помнила, чем кончилась та ночь.
- Не бойся, - слабо улыбнулась Регина, и в лёгком изгибе разом побледневших губ чувствовалась угроза, - Я больше никому не позволю забрать тебя у меня.
Теперь всё было иначе - у неё была сила - и вокруг бледных пальцев фиолетовыми искрами загорелась магия, демонстрируя действительное положение вещей.
Регина знала, что Дэниел никогда не простит её за то, что она собиралась сделать, но её мысли были сосредоточены только на необходимости защитить его.
- Я люблю тебя, Дэниел, - и в её глазах это оправдывало всё.
И больше не было нужды таить свою ненависть - получив всё то, в чём она так нуждалась, королева могла позволить себе отыграться. Семь лет заточения должны были кончиться в эту ночь.
- Минутку, - отозвалась она, легко и непринуждённо спрыгивая с кровати.
Луна серебром вспыхнула на залитых слезами щеках и потухла, не желая смотреть на грядущую бойню.
Румпельштильцхен научил Регину вырывать сердца и обращать их в прах, а страже короля Леопольда предстояло на собственном опыте проверить, насколько девушка усвоила урок.
- Прости меня, - беззвучно попросила она, открывая страже дверь.
Тонкие пальцы судорожно подрагивали - Регина готовилась положить чужие жизни на алтарь своей любви.
- Мне было страшно одной, - мягко объяснила королева, отступая назад, чтобы впустить гвардейца в комнату и вырвать ему сердце, как только он заметит её возлюбленного.

+1

11

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA] Румпельштильцхен научил её не только этому.
Он стоял в стороне, со смесью страха и непонимания глядя на свою королеву. Невидимые в темноте глаза опустились ниже, поймали отражение фиолетовых искр... проклятых искр.
- Регина! - одними губами выкрикнул он, боясь выдать себя охране, дернулся вперед, пытаясь остановить.
Слишком поздно.
- Не беспокойтесь, Ваше Величество, мы всегда..., - лицо стражника, первым миновавшего порог, растеряло всю свою кичливую браваду, когда в свете факела выцвел из темноты белый сюртук и едва ли многим более яркое лицо Дэниела. Звонко стукнулись кирасы - это идущий следом от неожиданности врезался в застывшего на месте капитана.
- Ваше Величество, - закованная в латы ладонь медленно потянулась к рукояти меча, висевшего на поясе, - Боюсь мы... мы вынуждены...
Люди Леопольда любили своего короля и с готовностью приняли ту, которую полюбил он. Но как поступить, когда эта женщина совершает измену - не государственную, но супружескую? Что делать, когда королева наносит ущерб не короне, но бьющимся под её весом сердцу?
Болезненно блестящие в свете факела глаза перебегали с растрепанной королевы на растрепанного Дэниела, с припухших от поцелуев губ на припухшие от поцелуев губы, с возмущенным смущением скользнули по груди, налившейся под ночным платьем. Грубо прочерченный рот сжался в неровную полосу.
- Мы вынуждены арестовать Вас до возвращения Его Величества. Вас и Вашего, - растерянно злой взгляд метнулся в сторону словно вновь окоченевшего в смертельной неподвижности конюха, - гостя. Простите.
Их было всего трое.
Но что такое три жизни, если на кону стоит вечная, истинная любовь?

Отредактировано Someone (2013-06-24 01:57:18)

+1

12

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]- Мне жаль, - кротко и коротко сообщила Регина, вскидывая руку.
На бледных губах взыграла дикая, безумная улыбка, и узкие пальцы вошли в доспехи как раскалённый нож в масло - вошли, чтобы тут же дёрнуться назад, утянув наружу алое, безупречно алое сердце сильного и преданного человека.
Стражник с металлическим грохотом упал замертво, а из разжавшейся ладони на пол осыпалась серая пыль - юная королева тряхнула запястьем, сбрасывая мелкое крошево, и с вызовом улыбнулась страже.
Дэниел был забыт - запах непролитой крови пьянил, смерть плясала в карих глазах и фиолетовых искрах, сила и власть кружили голову.
- Стоять, - в голосе зазвучала неслыханная прежде властность - та самая, которую когда-то давно разглядел в ней Румпельштильцхен.
Они готовы были убить её - они уже занесли мечи, перешагнув через тело своего капитана, но замерли, повинуясь не приказу, но магии.
Регина хорошо знала, каково это - стоять, не имея возможности пошевелиться, и чувствовать давление голубых пут. Она бы убила их - перебила бы всю гвардию короля и самого короля, но... Позади замер Дэниел. Пришло время проявить милосердие.
Королевским милосердием стали три бабочки - две из них вылетели в распахнутое окно на своих слабых крылышках, а третья так и осталась лежать на полу в горстке праха.
Регина вновь заперла дверь - в этот раз магией, и обернулась к своему возлюбленному. Слабая улыбка ещё успела тенью окрасить её губы, а потом королева упала на колени, закрыв лицо руками.
Ей было жаль, что он увидел её такой.

+1

13

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA] Две бабочки вылетели наружу, утонули в лихом ночном ветре и скрылись в густой гуталиновой ночи.
Дэниел неподвижно стоял там, где его застали стражники, остановившимся взглядом глядя на свою королеву. Его лицо окаменело и, казалось, было лишено чувств - таким оно было в ту ночь. Только глаза, на вдохе ловящие лунный отблеск, оставались открытыми, словно смерть решила напоследок одарить колдунью немым укором возлюбленного.
Как он мог её простить? Как он мог её понять?
Каково это - получить злую повелительницу сердец, вместо скромной дочери обедневшего лэндлорда?
Короткая усмешка скривила губы конюха - торжественная, но невидимая спрятавшейся от стыда женщиной. Королевой, упавшей на колени перед простым конюхом. Какой мезальянс, какая мерзость.
Какая любовь.

- Все хорошо.
Теплые объятия вновь сомкнулись вокруг королевы. Дэниел сделал свой выбор, ласково провел ладонью по спине, разглаживая складки на тонкой ткани, так и льнущей к холодным пальцам. Просящей. Умоляющей.
- Я понимаю, - мягкий голос звучал над самым ухом, успокаивал, обещал бесконечность счастья - для них двоих.
Легкое прикосновение пальцев к подбородку - пусть королева поднимет голову, увидит его взгляд, поймет, что не врет. Поймет, что принимает - такую, какая есть, какой стала. Легкий поцелуй, еще один, снова объятия, прячущие лицо на крепком мужском плече.
- Я прощаю тебя.

Короткий смех.
Фиолетовый вихрь, унесший двух бабочек, и оставивший еще двух.
Одну - мертвую. Другую - прилипшую крыльями к манящей силе янтаря.
Фиолетовый вихрь, охвативший на мгновение стоящую на коленях королеву и упавшего перед ней на колени погибшего возлюбленного.
Противный смех, царапающий стены.

- Я прощаю тебя. Дорогуша.

Отредактировано Someone (2013-06-24 04:41:01)

+1

14

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]В широко раскрытых глазах сияла столь сильная вера, что отражённый в них звёздный свет звёзд казался тусклым. Регина не могла найти оправданий для себя, но, если Дэниел сумел простить её, принять то, какой она стала, ей и не нужно ничего искать. Его сердца хватит для них двоих, а значит, любовь, теплившаяся в ней семь лет и разгоревшаяся вновь, сожжёт её злобу - очистит душу огнём. Она справится со своей ненавистью, лишь бы он был рядом.
- Я люблю тебя, - прошептала Регина, утыкаясь носом в ворот сюртука.
Горький запах тлена въелся крепко - не избавиться вовек.

И вовек не избавиться от ненависти, вновь стянувшей тугие кольца - Регина задыхалась, цепляясь судорожно сведёнными пальцами за собственное горло, и в голове, точно на заевшей пластинке граммофона, вновь и вновь звучал дикий, безумный смех сытого чудовища.
- Не может быть, - поверить в то, что мечта не сбылась, оказалось сложнее, чем казалось бы. - Этого не может быть.
Невозможно играть чужими чувствами столь жестоким образом. Королева вглядывалась в лицо милого, любимого юноши, пытаясь найти на нём следы позолоты, а потом поднялась с колен, скрестила руки, прикрывая любовно обхваченную тонкой тканью грудь от чужого взгляда, и вздёрнула подбородок. Карие глаза вновь блестели слезами, но в этот раз - злыми, не прошеными, вытесненными ненавистью, - и голос звенел, как бьющееся стекло.
- Сними маску, Румпельштильцхен. К чему этот спектакль? - она старалась, честно старалась говорить и чувствовать холодно, но...
Но через оборвавшееся сердце в её груди по капле вытекали любовь, вера и надежда - всё то, что на недолгий срок вновь было с ней.

+1

15

[AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA] Он медленно, с удовольствием облизнул губы, снимая с них не то вкус последнего поцелуя, не то прогорклое торжество победителя, отдающее солью её слез. Снизу вверх посмотрел на молодую королеву, всю такую холодную и несгибаемую – пустая видимость, фарс тростника. Она не смогла его обмануть, когда говорила, что забыла любовь. Так неужто сможет сейчас, делая вид, что так быстро взяла контроль над чувствами? И не дрожат пальцы, и не хочется сомкнуть их на шее, выдавливая жизнь из чужого тела?
Но она еще любит эту шею, любит того, кто давно прогнил в земле, на последнем ложе соединившись только с земляными червями, охочими до старой сладкой плоти. И потому стоит, сжимая руки на груди, пытаясь удержать то, что так рвется наружу: ненависть, отчаянье и боль, в этот самый миг выжигающие в ней последние остатки наивности, доброты и сострадания.
Он знал, как это больно. Еще поэтому она не смогла бы обмануть его сейчас.
Вопросительно взлетела бровь, колдун провел чужой рукой по чужому лицу, словно проверяя, насколько плотно сидит на нём маска мертвеца.
– Я думал, тебе нравится, - протянул почти с обидой - родителя, чей подарок отвергли. На мгновение самодовольная гримаса исчезла, оставив перед Региной Дэниела – непонимающее удивление на лице, протянутые в мольбе руки, - неужели ты не хочешь поцеловать меня, любимая?
Руки упали, Тёмный рассмеялся – глубоко, долго, с наслаждением от самого звучания. Мягким движением поднявшись на ноги, он по-хозяйски прошелся по королевским покоям, задержавшись только у трупика бабочки, чтобы мыском сапога втереть в густой мех ломкие крылья.
– Ты слишком неосторожна. Только подумать, и что бы могло случиться, узнай король о твоей измене…
Румпельштильцхен осуждающе поцокал языком, и обернулся к своей ученице.
– И что это за фальшивое милосердие? Бабочки, пф, - лицо конюха скривилось в презрительной гримасе, - Тебе еще учиться и учиться, дорогуша. Учиться и учиться.
Задумчиво перекатив эти слова на языке, Тёмный снова рассмеялся.

+1

16

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]Разочарование слизью обволокло сердце, в эту ночь ставшее ещё чернее. Это было чудовищно больно - словно вновь пережить его смерть, только злее и горше. Каждый вдох, столь необходимый для удержания этого хрупкого, мнимого безразличия, давался с трудом, но Регина упрямо сжимала кулаки и старалась дышать ровно и глубоко, и прятала лицо, вновь мокрое от слёз.
- У тебя нет сердца, - с нескрываемым удивлением юная Королева покачала головой, не отводя взгляда от смятых их телами простыней.
Человек не был способен на такую низость - такое издевательство над верой было под силу лишь чудовищу.
У него не было сердца, но оно было у Регины - израненное, почерневшее от ненависти и боли, лишившееся последней защиты.
Если бы Регина могла, затолкала бы его смех обратно в золочённое горло, она даже обернулась к нему, будучи не в силах сдержаться, но тонкие руки безвольно упали, повторив его жест. Она никогда бы не смогла причинить Дэниелу вред - даже если им обернулось чудовище, родные черты смиряли гнев и боль, одновременно умножая ненависть стократ.
- До этой ночи я хранила верность своему супругу, - голос внезапно сел.
Её тревожил всего один вопрос - за что он с ней так? Она ведь выполняла всё, что было велено, она даже убивала, чтобы доказать свою преданность. Чем чудовищу мешала память о любви? Зачем было лишать её единственно ценных воспоминаний?
Не двигаясь, было проще удерживать на лице маску спокойствия, что уже шла трещинами - изнутри пробивалась злоба, искажая ровные черты.
- Ты преподал мне урок, и я запомню его, - плечи дёрнулись, останавливая насмешливый полупоклон, - Можешь гордиться собой. Но скажи мне, Румпельштильцхен - тебе понравилось?
Лицо Дэниела, даже испорченное гримасой Румпельштильцхена, было прекрасно. И она сорвалась, сделала шаг вперёд.
- Понравилось?

+1

17

- А у тебя нет мозгов, и ты прячешься от ненавистного супруга, расчесываешь волосы девчонки, отобравшей у тебя то, что было тебе дорого, и даже будучи королевой не имеешь ничего, кроме охраны у дверей, - подавшись навстречу королеве, Темный насмешливо выдохнул ей в лицо эти слова, - но ты же знаешь, что охрана стоит только у дверей заключенных.
Он по хозяйски провел тыльной стороной ладони по щеке Регины, чувствуя, как содрогаются мышцы ее лица от этого прикосновения. Отвращение, борющееся с влечением к оболочке – слабость, от которой следует избавить. Выжечь на корню, так, чтобы не осталось и следа той любви, высушить саму почву, чтобы и новая не смогла пустить корни.
- После всего, что я тебе дал, единственное что ты смогла сделать – сменить одну клетку на другую.
Лицо конюха исказила брезгливая гримаса.
- Хранила? – едкий смешок, - Какова же была твоя любовь, если ты готова изменить супругу даже не с возлюбленным – тем, кто умело им прикинулся? Ты еще слабее, чем я думал. Впрочем, я готов пойти тебе навстречу, - обвив рукой талию королевы, другой он сжал ее ладонь и закружил по комнате, точно безвольную марионтеку в издевательском подобие вальса, что должно было вызвать восхищение у немой публики – и золотой дождь, осыпавший восхитетльных в своей бездарности актеров, - Ночь с любимым - ради столь возвышенного чувства я даже не потребую ничего взамен. А если понравится мы можем повторить - столько раз, сколько ты захочешь.
Он остановился у кровати, так что Регина оказалась к ней спиной – достаточно легкого толчка, чтобы повалить королеву навзничь. Сколь символичным ни было бы это падение, от него её отделяло лишь слово, да воля колдуна, опьяневшего от скуки и собственного могущества.
- Скажи, каков он. Я смогу изобразить малейшую деталь - ты и не заметишь разницы. Уже не заметила.
Комната погрузилась в тишину, как в густой формалин – горячий шепот преодолевал лишь расстояние от его губ до ее уха, и оно было слишком мало, чтобы эти слова стали уделом кого-то, кроме их двоих. [AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA]

Отредактировано Someone (2013-08-19 16:36:04)

+1

18

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]Когда-то давно Регина мечтала о танце с Дэниелом: засыпая, она представляла себе шорох белого платья, тепло ладоней поверх него, и почти наяву слышала музыку. Её мечту не сумела сломать даже Кора - по ночам, отстранившись как можно дальше от старика в своей постели, Регина представляла себе, что было бы, если... Это были сладкие фантазии, скрашивавшие её существование в клетке королевы, и она не делилась ими ни с кем.
Румпельштильцхен украл их, вывернул наизнанку, и теперь, чувствуя тепло чужих рук поверх белого платья, почти слыша мелодию старых грёз, Регина с трудом прятала под кривой улыбкой гримасу боли.
- Как ты щедр, - и в её шёпоте звучал восторг столь вымученный, что ненависть читалась без труда.
И как он прав... Он уже обманул её, уже надругался над её мечтами, уже показал ей, насколько она ничтожна. Для него уже давно не было ничего святого - у Регины же ничего не осталось теперь.
- Он любил меня, - с тихой горечью бросила она, надменно вскинув подбородок. - Этого достаточно.
Её бросало в жар от его близости, и этот жар не имел ничего общего с любовной горячкой. Королева с тоскливой ненавистью вглядывалась в серые глаза "любимого", почти наяву видя в них красный отблеск зрачков, и отчаянно хотела переиграть, одолеть чудовище.
- Повтори это, Румпельштильцхен, - потребовала она с неудержимой злобой, - Если тебе хватит совести.
Тонкая ладонь непрошеной гостьей легла на ворот кафтана.

+1

19

Все эти годы Румпельштильцхен методично создавал свою собственную Галатею, но вместо белого мрамора использовал оникс и грубый камень. Он не видел и не понимал красоты, зато знал толк в эффективности, и потому, если оригинальная история заканчивалась в осколках, эта должна была с них начаться. Они скрипели на зубах наивной фальшью: он любил, она любила, они бы жили долго и счастливо и умерли в один день. Тёмный знал, что все было бы иначе, что спустя несколько лет Регина стала бы усталой и сварливой, Дэниел – озлобленным и властным, они бы спорили из-за мелочей и искали покоя вне домашнего очага. В какой-то мере можно было даже сказать, что Румпельштильцхен спас молодую королеву от необходимости лицезреть крушение самой сокровенной мечты, если бы в этот самый миг он не втаптывал в ковер её жалкие останки.
Когда-нибудь Регина окажется перед тяжелым выбором, и призрак возлюбленного, надсмотрщиком застывший за правым плечом, помешает ей поступить так, как того требуется.
- У меня хорошее настроение.
Все эти годы он создавал свою собственную Галатею, и, даже несмотря на это, она все еще была далека от совершенства.
Ненависть королевы тонула в чужом взгляде и возвращалась из его глубин извращенной насмешкой лаской. Тьма пробивалась сквозь личину, сплеталась с ней, делалась ее частью – и чем больше ее становилось, тем дальше Регина уходила от своего прошлого.
Теперь, вспоминая лицо возлюбленного, она будет видеть это лицо. И оно уже не будет иметь над ней той власти.
Колдун собственнически поцеловал отравленные злыми словами губы, а после, чуть отстранившись, облизнулся с довольной ухмылкой. На языке осталась прогорклая сладость гнева и толика отвращения – они приятно раздражали вкусовые рецепторы. Фривольно проведя рукой по её бедру, Румпельштильцхен вдохнул терпкий аромат волос и кожи королевы, подпорченный благовонными маслами.
- Столько, сколько захочешь, - произнес едва ли не по слогам, прежде чем легким движением толкнуть Регину в грудь, роняя её на кровать – и гораздо ниже, чем она когда-либо падала в своей жизни. [AVA]http://forumfiles.ru/files/0012/bf/2c/40835.png[/AVA]

+1

20

[AVA]http://s7.uploads.ru/TVUj8.png[/AVA]Сжавшееся в страхе сердце так и не сумело оправиться, гулко и болезненно билось в грудной клетке. Хотя падение было на удивление безболезненным: мягкие перины жадно приняли юное тело в свои объятия, лишь потревоженная пыль в недовольном танце плавно опустилась обратно.
Нужно было уволить служанку.
Любым способом нужно было переиграть Румпельштильцхена.
Слишком часто он повторял, что у всего есть цена, и Регина, наконец, была готова внести свою плату. Позже - Королева точно знала это - она будет ненавидеть его и себя, проклинать то, что позволила себе эту игру, но сейчас оно того стоило. Злоба жгла изнутри, заставляя белые пальцы судорожно комкать простыни, ненависть слезами блестела в глазах, и отчаяние, едкое, привычное, но гадкое, на вкус было как его поцелуи.
Набираясь решимости, Регина сквозь мутную пелену вглядывалась в до боли родное лицо, искажённое насмешкой, и больше не видела перед собой Дэниела - чешуя пробивалась из-под пергаментной кожи, и пальцы обрастали когтями. Лёгкое движение слипшихся ресниц - и наваждение пало.
- Так сделай это, - в голосе звучала чуждая ей томность, и это было правильным.
Сколько угодно Румпельштильцхен мог глядеть на неё из-под личины её возлюбленного - кружить вокруг, точно кот у подбитой птицы, насмехаться и дразнить объятиями - но до конца он не сумел бы дойти. Чудовище, не знавшее никаких человеческих эмоций: ни любви, ни жалости, ни страсти - не сумеет, отступится. И тогда Регина рассмеётся, доказав ему, что больше он уже не заставит её рыдать, точно девчонку - никогда.
- Иди ко мне.
Никогда больше.

0


Вы здесь » [OUAT. Post scriptum] » [Зов прошлого] » [Let you dream - Зачарованный лес]